Последнее обновление:

23 января 2015 г.

 

Издатель журнала

"Новая Польша":

Институт Книги

 

Текущий номер - 1/2015

Ушел творец, реализовавший себя не только как художник, но и как человек в самом высоком смысле этого слова, живший и работавший не только ради себя, но и ради других. Его литературное наследие внушает уважение не только своей универсальностью, но и поражающим количеством опубликованных книг, подтверждающим легенду о необыкновенном трудолюбии их автора. О Станиславе Баранчаке (1946-2014) пишет Лещек Шаруга.

 

Реальность сверхреального

Читайте также Стихотворения Баранчака в переводе Игоря Белова

 

«За границей, где к польским успехам относятся благожелательнее, чем на родине, большим достижением считается то, как Польша справилась с трудностями во время кризиса. Часто приходится слышать рассуждения о том, почему именно меня выбрали главой Европейского совета, а я знаю, что решающим фактором наверняка стала наша репутация, заслуженная именно тем, как нам удалось совладать с кризисом. В мире ценят эти скучные, раздражающие некоторых показатели». С Дональдом Туском о выборах, Польше на фоне Европы, второстепенности идеологии, семи годах правления и личном балансе беседовали Янина Парадовская и Ежи Бачинский.

Мне просто везет

 

«В Германии славистика раньше была преимущественно русистикой. Если человек „вышел” из украинистики, то, чтобы стать профессором славистики в Германии, ему надо, к сожалению, в первую очередь быть русистом, а не украинистом. Это большая организационная проблема немецкой славистики, в этом смысле Германия не отреагировала на распад Советского Союза надлежащим образом. (...) Сейчас украинистика существует только в Грайфсвальде, где на украинистике учатся 20 студентов». С профессором Александром Вёллем беседует Александр Гогун.

Украинистика без украинцев

 

*

Подписка за половину стоимости

*   *   *

Читайте также постоянные обзоры «Новой Польши»:

Хроника (некоторых) текущих событий

Культурная хроника

Выписки из культурной периодики

*   *   *   *   *

Прощание

Тадеуш Конвицкий (1926-2015)

 

Тадеуш Конвицкий стал одним из первых моих открытий в польской литературе, - пишет Ксения Старосельская. И рассказывает о своих первых встречах с книгами и фильмами Конвицкого, а потом с самим автором. «...я присоединяю свой голос к голосам многочисленных поклонников Конвицкого — писателя и режиссера, рискнув признаться: я люблю Вас, пан Тадеуш.» Это признание в любви «Новая Польша» опубликовала в 2006 году к 80-летию писателя.

Заметки переводчика

 

«Я говорил о спешке — внутренней, душевной. Похоже, она действительно оставила след на всем, что я делал. Сразу после войны в литературной среде сокрушались, что совсем нет произведений эпического жанра. Были рассказы, воспоминания об оккупации, но короткие, а все мечтали о возвращении эпики. Я тоже на свой лад старался восполнить этот пробел — взять, к примеру, «Власть», «Дыру в небе»... Да, «Дыра в небе» — эпика на молодежную тему, в ней соблюдены законы жанра. Правда, я включил туда дневник висельника. И это стало переломным пунктом в моей карьере: что-то во мне такое произошло, отчего я начал писать по-своему». В беседе с Пшемыславом Канецким Тадеуш Конвицкий рассказывал о себе и своем творчестве.

В спешке

 

 Читайте также фрагменты прозы Тадеуша Конвицкого, опубликованные "Новой Польшей":

 Польский комплекс

Из двух книг (фрагменты прозы)

Памфлет на самого себя

 

СТАНИСЛАВ БАРАНЧАК: МЕЩАНСКИЕ ДОБРОДЕТЕЛИ

«Чего бы он ни коснулся, всё превращалось в литературное золото. Книга стихов «На одном дыхании» стала первой «иконой» поэзии «Новой волны». Сборник эссе «Недоверчивые и самоуверенные» в 70-е годы открыл важнейшую критическую дискуссию о литературе. (...) Неизвестно, кто он более всего: поэт, переводчик, историк литературы, критик, эссеист? И еще тот, для кого нет точного названия: бравый автор литературных шуток, воплощенных в десятках жанров, в том числе изобретенных им самим.» О Станиславе Бараньчаке пишет известный литературный критик Тадеуш Нычек.
СТИХОТВОРЕНИЯ РАЗНЫХ ЛЕТ

«Во всем своем творчестве Баранчак стремится к совершенству того, что древние римляне разумели под словом ars, искусность ремесла. (...) Кипучее, резкое содержание в железных объятьях изысканной формы на всю жизнь останется фирменным знаком лирики Баранчака и вообще его позицией в жизни и литературе, - пишет Тадеуш Нычек. А читатель может это оценить благодаря большой подборке стихотворений Бараньчака в переводе Андрея Базилевского.
НЕ ОБИЖАТЬСЯ НА ТОЛПУ

Станислав Бараньчак, поэт, переводчик, историк литературы, деятель демократической оппозиции в беседе с поэтессой Кристиной Ларс и прозаиком Стефаном Хвином рассказывает о своем понимании поэзии, своем видении польской истории, об участии к Комитете защиты рабочих, о переменах в Восточной Европе и многом другом.
БЕЛЫЙ ГОЛУБЬ ШЁПОТА

«... стихи Криницкого — как выстрел в сердце. Я часто задумываюсь над причинами силы этой поэзии, такой хрупкой и столь эффективной в защите того, что хрупко. Помимо художественного совершенства, причины я нахожу в особой нравственной перспективе Криницкого. В его стихах я прочитываю удивительное и прекрасное сочетание героической этики Конрада с широкой метафизической перспективой», - пишет А. Михник о поэзии Рышарда Криницкого и других поэтов «новой волны», а также о своем поколении.